Интервью с музыкантом: Никита Болдырев
Интервью с музыкантом: Никита Болдырев
Никита, скажи, каким
образом и как давно появилась сама идея создания твоей программы?
Точного момента, когда появилась эта идея, я
назвать не могу. Меня, в принципе, всегда привлекало искусство
аранжировки. У меня периодически возникало желание проявить себя в этом.
Мне мешало лишь то, что на тот момент я занимался только классической
музыкой, и поэтому у меня, во-первых, не было просто элементарных
знаний, а во-вторых, во мне присутствовал типичный, по моему мнению, для
классиков страх сделать нечто своё. В силу ряда обстоятельств в 15 лет я
поступил в Эстрадно-джазовый колледж (ГМКЭДИ), класс преподавателя А.Ф.
Гарина. В мои планы не входило заниматься джазом или каким либо другим
неклассическим направлением… Я брал мастер-классы, участвовал в
конкурсах, короче говоря, жил полноценной жизнью классического
гитариста. В какой-то момент я увлекся творчеством Роланда Дьенса.
Особенно меня увлекли его аранжировки джазовых стандартов. Из природного
любопытства я стал изучать основы импровизации и джазовой гармонии. Это
являлось факультативом в первое время. Но в какой-то момент я понял, что
имею потенциал в джазовой музыке, который необходимо реализовать. Я
намеренно не стал осваивать медиаторную технику и оставался пальцевым
гитаристом и мой педагог Н.М. Головня обратил мое внимание на таких
гитаристов, как Джо Пасс, Мартин Тейлор, короче говоря, тех, кто играет
пальцами, и вот примерно после этого я и стал формировать репертуар,
состоящий из собственных аранжировок. Вообще, должен отметить огромную
заслугу в этом Николая Михайловича. Великолепный гитарист и великолепный
педагог. Мне как, по большому счету, классическому гитаристу было очень
непросто сразу найти взаимопонимание с преподавателем джазовой музыки. И
этого не произошло бы, если бы не гибкость, потрясающая разносторонность
и музыкальная эрудиция Николая Михайловича, которые позволили нам придти
к общему знаменателю.
Теперь понятно,
почему ты поступил не в Гнесинскую Академию, а в ГКА им. Маймонида.
Ориентировался на конкретного преподавателя?
Совершенно верно. Лично
для себя не вижу альтернативы. Должен сказать, что я не разочаровался в
выборе учебного заведения. Очень высокий уровень преподавания всех
предметов, внимательное отношение к студентам.
Насколько для тебя
было сложно осваивать джазовую музыку?
С момента поступления в
Эстрадно-Джазовый колледж я получал некоторую теоретическую и культурную
джазовую базу, изучал джазовые дисциплины, хотя в первые три года учебы
в колледже я занимался только классической гитарой. Поэтому, когда я
приступил к освоению джазовой музыки, у меня уже была определенная
платформа. Но, несмотря на это, осваивать джаз было, безусловно, очень
непросто. Не надо забывать, что классические музыканты в целом, а
гитаристы, поскольку играют в основном сольно - в особенности, имеют
склонность к ритмической латентности. Это было, пожалуй, основной моей
проблемой в освоении джазовой музыки. Джаз – музыка ритмичная, причем
сложно ритмичная, и поэтому на ритмические аспекты я потратил массу
времени. Что касается развития в себе особого джазового мышления,
особого видения грифа – это тоже представляло некоторую сложность, хотя
и в меньшей степени.
На сегодняшний
момент ты себя больше ощущаешь классическим или джазовым гитаристом?
Гитаристом – скорее
классическим. Я играю на классической гитаре, и все аспекты моего
исполнительства, техника игры выросли из культуры исполнения на
классической гитаре. Но как музыкант я ощущаю себя больше в джазовой
музыке. На настоящий момент все мои цели, интересы, задачи лежат именно
в этой области.
А на каком
инструменте ты играешь?
Рабочих инструмента у
меня два. Первый – это чисто классическая гитара мастера Тимофея Ткача.
Второй – это электроакустическая гитара «Godin Grand
Concert Duet». По ощущениям, по технике игры – это тоже в чистом
виде классическая гитара. Другой вопрос, что электроакустика имеет свою
специфику. В частности, здесь мы имеем дело не с декой акустического
инструмента, а с усилительной аппаратурой, в которой тоже есть масса
нюансов, и их нужно знать.
Каким был для тебя
прошедший 2008 год?
Это был очень важный,
и, в каком то смысле, переломный год в моей жизни. Именно в 2008 году я
заявил о себя не только как о классическом гитаристе. Я выступил со
своей программой и занял первые места на двух конкурсах: «Многоликая
гитара» и «Джалитон». Осбенно для меня ценна победа на «Джалитоне»,
потому что это чисто джазовый конкурс, в котором нет гитарной номинации.
Мне пришлось конкурировать с исполнителями на разных инструментах.
Расскажи подробнее
про этот фестиваль.
Ежегодный джазовый
фестиваль «Джалитон» проводился в Ялте в мае 2008 года и включал в себя
конкурсную и концертную программы, мастер-классы, джем-сейшены. Конкурс
проводился по отдельным номинациям для солистов, дуэтов, малых и больших
ансамблей. Основатель фестиваля – известный гитарист Энвер Измайлов. Я
очень надеялся познакомиться с этим замечательным музыкантом, но это, к
сожалению, не удалось – фестиваль совпал по времени с его гастролями.
Фестиваль был очень интересным, запомнилась его праздничная и
доброжелательная атмосфера.
Какая музыка тебе
интересна как слушателю?
Вообще, спектр моих
интересов в музыке огромен! Я «меломанствую» лет с трёх, причем
достаточно активно. Но при этом я не могу отдать предпочтения ни одному
стилю. Мне нравится блюз, джаз, фанк, фьюжн, рок, да и в поп-музыке
много интересного для меня. Я считаю, что музыканту необходим широкий
кругозор. Мне очень близка позиция, что сейчас время эклектики, а
эклектика по определению подразумевает разносторонность.
А какую музыку ты
слушал в раннем детстве?
Рок музыку
70-ых: «Led Zeppelin», «Deep Purple», «Pink
Floyd»… Особенно любил группу «Doors»,
очень привлекал тембр Джимми Моррисона.
Так почему же тогда
ты не стал рок музыкантом?
В первые полгода
занятий на гитаре у меня были именно такие мысли: сначала научиться
играть на классической гитаре, а потом перейти на электрогитару. Тогда
моим кумиром был Джимми Пейдж. Но однажды на занятие пришёл друг моего
первого учителя Эдуарда Айгуняна – известный гитарист Сурен Мирзоян
(впоследствии он стал моим педагогом). Он прослушал меня, а затем
отыграл небольшой домашний концерт. Его игра меня столь потрясла, что я
забыл про рок. Я был абсолютно завоёван классической гитарой!
Расскажи подробнее
про своего первого учителя.
С Эдуардом
Владимировичем Айгуняном мы познакомились в школе. Он организовывал
гитарный кружок, и я решил попробовать научиться играть на гитаре.
Поначалу он даже не хотел меня принимать, мотивируя это тем, что у меня
маленькие пальцы. Тем не менее, буквально с первых занятий мы нашли
общий язык, и вскоре у меня появились первые успехи в освоении гитары.
Эдуард Айгунян, безусловно, талантливый педагог и психолог: он сумел
найти нужный подход ко мне и добиться максимального интереса к музыке,
максимальной отдачи с моей стороны.
Кого сейчас можно
назвать твоими кумирами или музыкальными ориентирами?
В
разные периоды у меня были самые разные ориентиры. Какого-то одного
исполнителя в качестве своего кумира я не могу назвать. На сегодняшний
момент моими основными ориентирами являются Томми Эммануэль, Джо Пасс,
Так Андрес.
Из твоей биографии
на сайте следует, что ты брал мастер-классы у многих классических
гитаристов, в том числе у таких известных, как М. Дылла, А. Дервоед, Х.
Гальярдо дель Рей… Кто из них оказал на тебя наибольшее влияние?
Что касается Артёма
Дервоеда, то я бы не назвал это даже мастер-классами, это были
полноценные занятия, периодами нам удавалось заниматься регулярно.
Артем оказал на меня очень большое влияние. Взаимодействие с ним – это
целый этап в моём развитии. А что касается мастер-классов, наибольшее
впечатление произвели Марчин Дылла и Дмитрий Татаркин.
А что за история с
мастер-классами Паркенинга?
Начну, пожалуй, с
предыстории. Почти шесть лет назад я познакомился по переписке с семьей
из США, Мюриэл и Дэвидом Хоуптами, большими любителями музыки. Мюриэл
сама играет на виолончели в городском камерном ансамбле, Дэвид –
поклонник гитары, переписывается со многими гитаристами. Он первый
написал мне, заинтересовавшись моими записями, которые в 2003 году
появились на моем сайте. У него-то и родилась идея свести меня с
Кристофером Паркенингом – с ним он также состоял в переписке. И в
результате в 2004 году я получил приглашение от Кристофера Паркенинга на
летние мастер-классы, которые он проводит ежегодно в Университете штата
Монтана. Само по себе это приглашение уже было большой честью для меня.
Также господин Паркенинг отправил письмо на имя посла США в России с
просьбой посодействовать мне в выдаче визы. К лету 2004 года мы с семьей
Хоуптов уже строили планы моей поездки в США, включавшие в себя и
недельное пребывание в Университете Монтаны, и обширную культурную
программу. Но этим планам не суждено
было сбыться. Сотрудница консульства США на
собеседовании «разоблачила» меня, задав обезоруживающий вопрос: «А зачем
Вам ехать учиться в США, когда Вы и так учитесь в России?» и сделав
вывод: «Видимо, Вашей целью является нелегальная эмиграция». В визе мне
было отказано…
Расскажи, как
начиналась твоя собственная преподавательская деятельность. Не отнимает
ли время педагогическая работа, не мешает ли основной цели?
Я
начал преподавать частным образом около 4 лет назад. Но до того, как я
стал работать в Гитарном колледже, это не носило постоянного характера.
Я считаю, что преподавание помогает музыканту систематизировать
имеющиеся знания, поэтому время, занятое педагогической деятельностью,
не пропадает зря. Помимо того, преподавание в Гитарном колледже
позволяет мне контактировать с моими коллегами, очень авторитетными
музыкантами и педагогами. Таким образом формируется интересный и
полезный круг общения.
Ты учился у многих
авторитетных специалистов в области гитары. Используешь ли ты какие-либо
методические наработки, почерпнутые у своих преподавателей, в
собственной педагогической работе?
В Гитарном колледже
есть своя, фирменная методика преподнесения материала, разработанная
С.И. Рудневым, прекрасным педагогом и музыкантом. Ее я и придерживаюсь.
Безусловно, влияние тех, у кого я учился, на мой стиль преподавания
присутствует, но не воздействует на общую концепцию.
Твои друзья – это
только музыканты?
У меня есть два
замечательных старых друга, со школьных времен. А с того момента, как я
начал заниматься музыкой, я стал вращаться исключительно в музыкальной
среде. Соответственно, все друзья, которые у меня стали появляться –
музыканты. Бытует такое стереотипное мнение, что музыкальная, и в целом
творческая среда – это среда зависти, снобизма, «подсиживаний». Не знаю,
возможно где-то такое и вправду есть. Значит, мне повезло: мой социум
абсолютно лишен таких качеств.
И, в заключение,
поделись своими планами на 2009 год.
В наступившем году я
хотел бы довести до исполнительского максимума уже сделанные работы,
разумеется, буду делать новые аранжировки, но основное, что я планирую
осуществить в этом году – это максимальная реализация себя на сцене и
популяризация моей программы.
Так что, главным направлением будет концертная
деятельность.
«ГИТАРИСТЪ» №
2, 2008
